Раньше считалось, что ключ к получению прибыли - это производство реальных вещей. Сейчас выигрывает тот, кто производит самые мощные образы, владея как можно меньшим количеством собственных фабрик и используя как можно более дешевый труд как можно меньшего числа работников.
В 80-е годы стало ясно, что корпорации слишком раздуты, слишком велики, слишком перегружены вещами, и на них работает слишком много людей.
Сам процесс производства, где нужно отвечать за собственные фабрики, на постоянной основе обеспечивать работой десятки тысяч людей, стал все меньше выглядеть как путь к успеху, и все больше как нечто рискованное и тяжеловесное. Начал возникать новый тип корпораций - таких, как Nike, позднее Intel и Tommy Hilfinger.
Эти корпорации производят не вещи, а образы, брэнды, то, что сами эти корпорации часто называют "концепциями". Они любят описывать "концепции" не в технических или экономических, а в духовных терминах - как "опыт", "стиль жизни".
В начале 1990-х годов многие москвичи и гости столицы выстраивались в длинные очереди к закусочной быстрого питания "Макдональдс" на Пушкинской площади не только потому, что очень хотелось есть. Люди приходили за запахом свободы, за незнакомым ранее ощущением принадлежности к мировой деревне без границ.
Поедание гамбургера было своего рода причащением. Люди чувствовали, что и они немножко американцы, немножко Мерилин Монро, немножко Рэмбо. Они хотели убедиться в том, что теперь действительно разница между рублем и долларом заключается лишь в обменном курсе, что это не такие уж несовместимые понятия. Что рубль не такой уж деревянный. Что Москва - почти такой же нормальный город, как Стиллуотер, штат Оклахома.